Зрелые и пожилые

Саша, мой муж, потерял работу. Кроме него, её лишилась ещё сотня других недоумков, которых одномоментно уволили с нашей фабрики детских игрушек. Шансы на новую работу? Да никаких. Мы были в дерьме. Денег нет, ипотека просрочена. Когда Саша перестал работать, он потерял то, что называется тонусом, и понятия не имел, что ему делать дальше. Моя мама […]

Татьяне Николаевне не спалось. Соседка по купе давно храпела, лежа на спине, раскинувшись поверх одеяла. Пижамная куртка на ней расстегнулась, выплеснув наружу белые груди, и они мерно вздрагивали под стук колес. Зря, зря, говорила себе учительница, взяла она старшие классы. Маленькие, бесполые ангелочки, счастливые из-за пустяков, они обнимали ее за ноги, прижимаясь всем тельцем. Некоторые

Шла по длинному, тёмному коридору столичного университета. Вчера только приехала в Киев. Очередной визит к научному руководителю. Старый доктор наук работал по старинке. Ездила к нему раз или два в месяц. Привозила ему написанный разделы моей диссертации, а он вносил в них изменения и отдавал бумажки обратно. В наш век современных технологий проще всё отправить

В этот вечер мама пришла радостной и веселой. Последнее время она играла на пианино в кафе «Сильфида», заменяя заболевшего пианиста. Приходила поздно, но с сумкой, полной сыра, колбасы и прочей снеди. И ночью они пировали, часто с бутылкой вина. Арсений Семенов, гимназист предпоследнего класса, любил такие застолья. Мама переодевалась в домашнее платье, распускала светлые волосы,

— Через три дня когда твоя мама Костя, перестала ходить в раскорячку, после той ночи с армянами у меня дома. К нам днём в магазин заехали Баграм с Арменом, как раз был обеденный перерыв. Я им мясо для шашлыков приготовила, а они нас в подсобке троих, вдвоём одели на свои длинные " шампуры". – засмеялась

Беда пришла ночью вместе с растрепанной теткой, которая неистово колотила в дверь и звонила в дверной звонок. «Телеграмма, телеграмма!». – орала она на всю лестницу. – «Отройте, расписаться надо!». Я, как был полуголый, открыл дверь, забрал блокнот и расписался. Она сунула мне сложенную бумажку и исчезла. Снова стало тихо. Я прочитал телеграмму и едва понял

Итак, Вовка снова стал Темным инкубом. И по профессии он должен совращать и развращать. Вот только кого? Не школьниц же малолетних? С помощью простейшей домашней магии Макаров «изобразил» бутылочку «Мартеля» и блюдце черной икры. Попробовал, и остался доволен. Второй день нового года начался отлично! Джина куда-то исчезла, не чмокнув в щечку и не оставив записки

Granny моего таланта В последнее время у меня прорезался талант. Не обольщать, и не совращать, а, скажем так, привлекать приятных ухоженных немолодых женщин. Всегда считал и сейчас считаю, что всякая женщина имеет право на счастье, начиная от самых юных, и кончая, чего греха таить, пожилыми приятными в общении и на ощупь женщинами. Да и то,

Нежное наследие жены. Моя вина оказалась в том, что я часто ездил по командировкам и мой сын рос без меня. Его покойная мать вырастила его нежным и любящим сыном, который после ее потери прильнул ко мне как к последней надежде. Я его не отталкивал, ведь это мой сын, хотя ему тогда исполнилось уже за 16.

Олег Петрович Весенин вёл здоровый образ жизни. Делал зарядку, ел овсяную кашу по утрам и в совершенстве овладел искусством варки яиц в «мешочке» – чтобы белок затвердел, а желток оставался жидким. По субботам играл в шахматы и обсуждал политику, с единственным настоящим другом, программистом и мизантропом Геннадием Переспеловым. Зимой он катался на беговых лыжах, натёртых